28 июля 2012, 20:14 6971 просмотрвинтовка, враг у ворот, зайцев, история, кенинг, снайпер, сталинградская битва, торвальд

Снайпер Василий Зайцев

Снайпер Василий ЗайцевВ 2006 году в Волгоград был перевезён из Киева прах знаменитого снайпера Василия Зайцева, завещавшего похоронить себя на Мамаевом кургане.

Битва на Волге, в которой этот человек обрёл бессмертную славу, своим грандиозным размахом и значимостью заинтересовала даже голливудских кинематографистов. Кинокомпания «Парамаунт Пикчерс» сняла на сталинградскую тему художественную ленту «Враг у ворот». Главный герой американского боевика «пастух с Урала» Василий Зайцев в Сталинграде и заслужил звание Героя Советского Союза. В фильме ему противостоит «директор берлинской школы снайперов вермахта майор Кениг», присланный гитлеровским командованием специально для охоты на Зайцева. Недавно историки выяснили, что на самом деле в Сталинград с документами на имя Кенига в начале ноября 1942 года прибыл начальник школы снайперов полевых войск СС Гейнц Торвальд…

Немецких снайперов готовили в элитной школе в предместье Берлина Цоссен. Начальник цоссенской школы Гейнц Торвальд слыл любимчиком Гиммлера.

В частях СС и вермахта славились выпускники возглавлявшейся им школы в Цоссене, за свое адское умение прозванные «ангелами смерти»…

В Сталинграде от их выстрелов каждый день погибали десятки защитников города. Огневое превосходство немцы удерживали до второй половины октября 1942 года. А потом Паулюс забил тревогу: у противника появились ещё более меткие и изобретательные снайперы, причём один из них, по фамилии Зайцев, был особенно опасен…

Начальник личного штаба Гиммлера обергруппенфюрер СС Карл Вольф вызвал штандартенфюрера СС Торвальда:

— Ваш «Рыцарский крест» пора украсить дубовыми листьями и мечами! Мой «Шторх» доставит вас по воздуху в Сталинград. Затравите этого зайца… Помните, за вами следит сам фюрер!

Вряд ли предполагал житель затерявшейся в уральских лесах деревеньки Едино, потомственный охотник Андрей Алексеевич Зайцев, что его внука когда-нибудь с пеной у рта будет проклинать самый страшный в мировой истории завоеватель. Впрочем, с немцами у Зайцевых были свои счёты. Сын Андрея Алексеевича Григорий осенью 1914 года был мобилизован на войну с кайзером. Пока сражался, в марте пятнадцатого у жены появился на свет мальчик, которого назвали Васей.

Вернулся Григорий домой инвалидом. Охота, извечный промысел, в основном и кормивший единцев, ему теперь была заказана… А семейство немалое. Андрей Алексеевич все надежды возлагал на внука Васятку, сызмальства брал его в лесные странствия. Как исполнилось Васе двенадцать годочков, сделал ему царский подарок: новенькую берданку. Вот с того возраста и начал уральский паренёк постигать искусство бить зверя в глаз одним выстрелом…

В 37-м призвали его в Красную армию. По окончании военно-хозяйственной школы Тихоокеанского флота стал он начальником финансовой службы части. А как началась Великая Отечественная, начал атаковать начальство рапортами — отправьте на фронт. Долго его не отпускали. Но в 42-м из моряков-тихоокеанцев во Владивостоке стали формировать стрелковую дивизию, которую должны были бросить в сталинградское пекло. И командир скрепя сердце оформил главстаршине Зайцеву перевод туда рядовым бойцом.

В ночь на 22 сентября 1942 года дивизия полковника Батюка переправилась на правый берег Волги, в огнедышащий Сталинград. С ходу — в бой. Ворвавшихся на территорию метизного завода смельчаков гитлеровцы сначала попытались сжечь. Прилетевшая армада «юнкерсов» разбила 12 огромных ёмкостей с бензином. Пламя застилало горизонт, казалось, не может остаться ничего живого. Но тихоокеанцы не сдавались. Пять дней и ночей шли бои за каждый цех, этаж, лестничную клетку.

В ОДНОЙ из схваток Василий получил штыковое ранение в плечо. Отнялась левая рука. В эти страшные дни, когда судьба Сталинграда висела на волоске, сказал Зайцев крылатые слова, облетевшие всю страну: «За Волгой для нас земли нет!»

Как сказал — так и сделал. Поблизости оказался рядовой Николай Логвиненко. У того, наоборот, руки целые, зато ноги от полученной контузии как ватные. Вот и предложил ему Василий: «Ты винтовку заряжай, а я одной рукой стрелять буду!»

Так и воевали. Потом рука зажила, Зайцев начал разить врага самостоятельно. Слух о том, что в батальоне капитана Котова появился необыкновенный стрелок, который редко промахивается, дошёл до командира полка майора Метелева. Он стал посылать Зайцева и на другие участки обороны, занятой в разрушенных цехах метизного завода. Василию были рады: «А, снайпер! Вон, посмотри, фриц бежит. Наверное, с донесением…»

Он срезал связного метрах в пятистах с одной пули. Из обыкновенной трёхлинейки без всякой оптики. Затем второго, третьего… Майор Метелев повёл его личный снайперский счёт. Через 10 дней на нём было 42 уничтоженных гитлеровца. А 21 октября командующий 62-й армией Василий Иванович Чуйков вручил Зайцеву ещё редкую в советских войсках винтовку с оптическим прицелом ПУ со счастливым номером 28–28.

На войне одной меткости мало. Скрытность, маскировка, хитрость — вот что делает хорошего стрелка настоящим снайпером. И первая дуэль с «ангелом смерти» чуть не стала для Зайцева последней — пулю он получил прямо в каску. Сантиметром ниже — и не быть ему в живых. После той смертельной схватки освежил Василий в памяти уроки деда. Стал придумывать собственные хитрости.

Один фашистский стрелок устроил себе позицию очень ловко. «Сам за железнодорожной насыпью, голова и винтовка прикрыты вагонным колесом, а стреляет через небольшое отверстие в центре колеса, — вспоминал Зайцев. — Почти неуязвим. А нас контролирует: чуть каску на бруствер подвинешь, вот и пуля… Что делать?»

Решение пришло внезапно. Прилетели «юнкерсы», началась бомбёжка. Медсестра Дора Шахневич в такие минуты, под фашистскими бомбами, обычно доставала зеркальце, помаду и деловито наводила красоту на миловидном, но измученном военными невзгодами личике. Чтобы с собой совладать. Увидел это Зайцев, и его осенило: «Дора, дай зеркальце!»

А напарнику Виктору Медведеву Василий скомандовал: «Заходи справа и гляди на колесо, заметишь шевеление — сразу бей!»

Солнечный зайчик, наведённый прямо в отверстие колеса, сыграл в судьбе гитлеровского снайпера роковую роль…

В армейской газете фокус с лучиком света расписали в красках. И надо же, этот номер «окопной правды» попал в руки фронтовых разведчиков врага! Так в штабе Паулюса узнали про Зайцева, доложили «наверх», сообщение дошло до самого фюрера. А вскоре взятый в плен немец-язык на допросе рассказал, что для охоты на «главного русского зайца», как прозвали Василия немецкие штабисты, из Берлина прибыл «начальник школы снайперов вермахта майор Кениг» (так эсэсовское командование законспирировало штандартенфюрера СС Торвальда) …

Лучший стрелок рейха «прислал свою визитную карточку» внезапно. В блиндаж принесли тяжелораненого снайпера Морозова. Не прошло и нескольких минут, как получил ранение и его напарник Шейкин. Это были самые способные ученики Зайцева, не раз выходившие победителями в поединках с фашистскими снайперами. Сомнений не оставалось: это дело рук «Кенига».

На рассвете Василий вместе с Николаем Куликовым ушёл на позиции, где вчера были ранены товарищи. Позднее он рассказывал: «Наблюдая за знакомым, многими днями изученным передним краем противника, ничего нового не обнаруживаю. Кончается день. Но вот над вражеским окопом неожиданно появляется каска и медленно движется вдоль траншеи. Стрелять? Нет! Это уловка: каска почему-то раскачивается неестественно, её, вероятно, несёт помощник снайпера, сам же он ждёт, чтобы я выдал себя выстрелом… По терпению, которое проявил враг в течение дня, я догадался, что берлинский снайпер здесь. Требовалась особая бдительность… Прошёл и второй день. У кого же нервы окажутся крепче? Кто кого перехитрит?»

На третий день в засаду вместе с Зайцевым и Куликовым отправился политрук Данилов. Вокруг кипел бой, над головами проносились снаряды и мины, но троица отважных охотников, припав к оптическим приборам, неотрывно следила за тем, что происходит на стороне противника. «Да вот он, я тебе пальцем покажу!» — вдруг оживился Данилов.

Зайцев хотел предупредить политрука, чтобы тот не вздумал высовываться, однако было поздно. Увлекшись, Данилов приподнялся над бруствером всего на мгновение, но и его хватило «Кенигу». Сражённый политрук рухнул на дно окопа.

«Я долго всматривался во вражеские позиции, но его засаду найти не смог. По быстроте выстрела я заключил, что снайпер где-то прямо, — описывал напряжённейший поединок Василий Григорьевич. — Продолжаю наблюдать. Слева — подбитый танк, справа — дзот. Где же фашист? В танке? Нет, опытный снайпер там не засядет. Слишком приметная цель. Может быть, в дзоте? Тоже нет — амбразура закрыта. Между танком и дзотом на ровной местности лежит железный лист с небольшой грудой битого кирпича. Давно лежит, примелькался. Ставлю себя в положение противника и задумываюсь, где лучше занять снайперский пост. Не отрыть ли ячейку под тем листом и ночью сделать к нему скрытые ходы?»

Своё предположение Зайцев решил проверить. Надел на дощечку варежку, приподнял её. Фашист клюнул! Осторожно опустив приманку и рассмотрев пробоину, Василий убедился: никакого сноса, прямое попадание. Значит, «Кениг» под железным листом…

За ночь оборудовали новую ячейку, засели туда ещё до рассвета. Когда взошло солнце, напарник Зайцева Куликов сделал «слепой» выстрел — заинтересовать противника. Затем полдня выжидали — блеск оптики мог выдать. В послеобеденное время их винтовки оказались в тени, зато на железный лист, под которым прятался «Кениг», упали прямые лучи солнца. И вот у края листа что-то заблестело. Выложенный для приманки осколок стекла или оптический прицел?

Куликов осторожно, как это умели делать лишь самые опытные поединщики, стал приподнимать надетую на автоматный ствол каску. Тотчас ударил выстрел. Напарник Зайцева громко вскрикнул и на миг показался из ячейки.

Снайпер Василий Зайцев«Гитлеровец подумал, что он наконец-то убил советского снайпера, за которым охотился, и высунул из-под листа полголовы, — вспоминал кульминационный момент Василий Григорьевич. — Захотел меня получше рассмотреть. На это я и рассчитывал. Ударил метко. Голова фашиста осела, а оптический прицел его винтовки, не двигаясь, блестел на солнце до самого вечера…»

Пуля попала Торвальду в лицо и вышла из затылка, пробив навылет каску.

Доставшийся Зайцеву в качестве трофея цейсовский прицел хваленого штандартенфюрера ныне можно увидеть в экспозиции Центрального музея Вооружённых сил в Москве. А легендарная винтовка прославленного советского снайпера, из которой он уложил 242 гитлеровцев, хранится в Музее Сталинградской битвы в Волгограде…

http://gazeta.aif.ru/online/longliver/93…
http://ru.wikipedia.org/wiki/Зайцев,_Вас…

Немецких снайперов готовили в элитной школе в предместье Берлина Цоссен. Начальник цоссенской школы Гейнц Торвальд слыл любимчиком Гиммлера. В частях СС и вермахта славились выпускники возглавлявшейся им школы в Цоссене, за свое адское умение прозванные «ангелами смерти».

В Сталинграде от их выстрелов каждый день погибали десятки защитников города. Огневое превосходство немцы удерживали до второй половины октября 1942 года. А потом Паулюс забил тревогу: у противника появились ещё более меткие и изобретательные снайперы, причём один из них, по фамилии Зайцев, был особенно опасен. Он один из немногих снайперов, кто стрелял с прицелом с увеличением на 6 единиц (обычный снайперский прицел 3 единицы) . Этот прицел Зайцев в последствие взял у убитого врага в качестве трофея.

http://www.youtube.com/watch?v=LZnPej9mz…

Похожие записи:
Панорама «Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом»10 июля 2012, 16:41
Аноним

молодец Василий!

Аноним

согласен


Последние комментарии